Игорь Олейник (igorol) wrote,
Игорь Олейник
igorol

Category:

Тёмная харизма Гитлера

1a

Остановитесь на секунду и представьте себе Адольфа Гитлера. Нарисуйте его в своём воображении. Кого вы видите? Полагаю, вы видите человека весьма похожего на образ Гитлера из фильма «Бункер»: кричащий агрессивный безумец. Бруно Ганц, сыгравший Гитлера в «Бункере», в одной из ключевых сцен картины так сильно трясся и орал, что стал интернет-мемом: невероятно напыщенные реплики Ганса сопровождены комическими субтитрами на различные темы.

И хотя в свои последние дни Гитлер временами действительно лишался рассудка, это совершенно не типично относительно всей его жизни. Более того, на мой взгляд, проблема как раз в том и заключается, что многие из нас в глубине души верят в этот образ. Мы хотим, чтобы Гитлер был помешанным от начала и до конца. Мы хотим, чтобы Гитлер был безумным, потому что это делает чудовищные преступления, которые он совершил, – особенно в течение Второй мировой войны – более объяснимыми.

Всё просто, успокаиваем мы себя: Гитлер – безумец, который каким-то образом загипнотизировал миллионы немецких обывателей, чтобы действовать в своих интересах против их воли. Однако он не был безумцем, и никого не гипнотизировал.

Гитлер стал рейхсканцлером Германии в январе 1933 г демократическим способом. Значительная часть немецкой элиты – умные, проницательные люди – решила его поддержать. Почему же они поддержали умалишённого? Все действия Гитлера между 1930 и 1933 гг., свидетельствовали, что это тонкий, хотя и совершенно беспринципний, политик. В чём реально заключается власть, как наилучшим образом манипулировать эмоциями немецких обывателей -- расчёты Гитлера были невероятно изощрённы.

2a

Демократические достижения

К тому же Гитлер получил громадную – и настоящую – поддержку. Его взгляды очень часто совпадали со взглядами огромного числа немцев. Это совершенно непостижимо, если мы примем за чистую монету образ Гитлера из ночного кошмара.

В течение 20 лет я снимал документальные фильмы и писал книги о нацистах и Второй мировой войне. Я встретил сотни человек, живших в этот период, – включая тех, кто имел дело непосредственно с Адольфом Гитлером. И образ фюрера, который они обрисовали значительно сложнее, чем бредящий безумец из «Бункера». В частности, многие упоминали о невероятной «харизме», которой обладал Гитлер.

Фридолин фон Шпаун, к примеру, встречался с Гитлером во время обеда сторонников нацистов в начале 1930-х. Увидев, что Гитлер смотрит на него, он почувствовал, словно взгляд Гитлера проник в самую глубину его души. И когда Гитлер положил руку на спинку стула, на котором сидел фон Шпаун, последний почувствовал, как «дрожь его пальцев пронзила меня. Я действительно почувствовал её. И это не было нервной дрожью. Я почувствовал, что этот человек, это существо было только инструментом для выражения большой и всемогущей воли на нашей планете. Это чудо, на мой взгляд». Другой пример – Эмиль Кляйн, который слышал, как Гитлер высказал своё мнение в пивной Мюнхена в 1920-х. Он уверен, что Гитлер «обладал такой харизмой, что люди верили всему, что бы он ни сказал».

Из слов таких очевидцев, как фон Шпаун и Кляйн, становится ясно, что харизма это важнейшее качество в искусстве человеческих отношений. Никто не может обладать харизмой в пустыне наедине с самим собой. Харизма формируется во взаимоотношениях. Как писал в 1930-х сэр Невил Хендерсон, британских посол в Берлине, Гитлер «имел успех в борьбе за власть над тем фактом, что он был отражением подсознания своих сторонников, у него была способность выражать в словах то, что это подсознание ощущало как необходимое».

Этот взгляд подтверждается Конрадом Гейденом, который не раз слышал Гитлера в 1920-х: «Его речи – это мечты массовой души… Речи всегда начинались глубоким пессимизмом, а заканчивались радостным искуплением -- триумфальным счастливым концом; зачастую их можно было опровергнуть рассудком, но они строились на могучей логике подсознательного, которую опровергнуть невозможно… Гитлер дал высказаться безмолвному террору современных масс…»

Такие люди, как фон Шпаун и Эмиль Кляйн, были предрасположены к харизме Гитлера, потому что они уже верили в большое количество политических идей, которые отстаивал Гитлер. Как верил и Альберт Шпеер, впервые посетивший нацистский митинг в начале 1930-х: «Меня захлестнуло волной энтузиазма, исходящей от оратора в каждом предложении, все присутствующие могли ощутить эту волну физически… Под конец Гитлер даже не убеждал; скорее, он чувствовал, что выражает то, что единая масса людей ожидала от него»

Но если вы не верили в идеи, которые проповедовал Гитлер, тогда он полностью терял свою харизматическую власть над вами. Йозеф Фельдер, к примеру, был потрясён, слушая Гитлера, изливающего ненависть по отношению к евреям: «Когда я покинул митинг, мы встретились и поговорили среди своих. И я сказал своему другу: «По поводу речи моё мнение, что этот человек – Гитлер – надеюсь, никогда не придёт к политической власти» В этом мы были согласны». И Герберт Рихтер, ветеран Первой мировой войны, который столкнулся с Гитлером в кафе в Мюнхене и «сразу же его невзлюбил» из-за его «трескучего голоса» и его привычки «выкрикивать» «очень, очень простые» политические идеи. Рихтер также считал внешность Гитлера «довольно комичной, с его смешными усиками» , а его самого -- «гадким» и «не вполне нормальным».

Однако если Гитлер всё-таки имел связь со своей аудиторией, тогда он воздвигал на этом основании другие способы упрочить эту харизматическую связь. Уверенно можно сказать, Гилер был всегда убеждён в своих суждениях. Он никогда не ожидал сомнения от своей аудитории. Он знал проблемы, с которыми столкнулась Германия, и говорил, что знал решения этих проблем. К тому же он выставлял себя героической фигурой – простым, храбрым солдатом Первой мировой войны, который хотел от своих сторонников веры в себя. В результате, некоторые сторонники нацистов даже проводили богохульные сравнения между Гитлером и Иисусом – обоим было по 30, когда они начали «проповедовать» и оба искали «спасения» для своего народа.

7a
Агит-плакат 1932 г. "Женщины, миллионы мужчин без работы. Миллионы детей без будущего. Спаси нацию -- голосуй за Гитлера!"

Путь в никуда

Но в 1928 г., спустя девять лет после первой связи Гитлера с Немецкой рабочей партией – в последствии Национал-социалистическая немецкая рабочая партия, или НСДАП, -- и спустя семь лет, как он стал лидером этой партии, казалось, что в политическом движении Германии, партия нацистов – это путь в никуда. На выборах 1928 г. НСДАП набрала только 2,6 % голосов – то есть более чем 97 % немецких избирателей отвергли какую бы то ни было харизматическую власть Гитлера. Стало очевидно, что без связи с массой немцев Гитлер не мог преуспеть.

Потребовался Биржевой крах 1929 г. и чудовищный экономический кризис начала 1930-х, чтобы миллионы немцев отреагировали на призыв Гитлера. Внезапно для таких людей, как студент Ютта Рёйдигер, слова Гитлера о национальном возрождении, сделало его похожим на «спасителя нации». Причём настолько, что к 1932 г. Нацисты внезапно оказались крупнейшей партией в Германии. Но затем стало казаться, что Гитлер и НСДАП упёрлись в стену – в лице рейхспрезидента Гинденбурга. Государственный секретарь Отто Мейснер отметил, что Гинденбург сказал Гитлеру 13 августа 1932 г.: «Гинденбург не мог оправдать перед Богом, перед своей совестью и Отечеством переход всей власти правительства к одной партии, особенно к такой партии, которая настолько нетерпима к людям, имеющим иные взгляды, чем её собственные».

В этот решающий период между отклонением Гинденбурга претензий Гитлера на пост рейхсканцлера Германии, и окончательным назначением Гитлера рейхсканцлером в январе 1933 г., два различных восприятия харизмы Гитлера сосуществуют одновременно – за этот период открылась совершенно другая сторона Гитлера как политика, по сравнению с брызжущим слюной невеждой из «Бункера». В эти несколько месяцев Гитлер был как никогда внушителен, по мнению своих преданных последователей, таких как Йозеф Геббельс. 13 августа 1932 Гитлер обсуждал со своими товарищами по партии последствия отказа Гинденбурга. «У Гитлера стальные нервы» записал Геббельс в своём дневнике. «Он выше всех этих махинаций. За это я его и люблю». Гитлер был абсолютно уверен, что всё будет хорошо, говоря в декабре 1932, что он по-прежнему намерен ждать предложения занять пост рейхсканцлера. Он обещал, «что этот день настанет – и он, вероятно, ближе, чем мы предполагаем». Успех зависел от «нашего единства и непоколебимой веры в победу; он зависит от нашего лидерства».

hindenburg
Экс-канцлер фон Папен, надеявшийся контролировать Гитлера. Президент Гинденбург. Гитлер.

Мистический спаситель

Но пока сторонники Гитлера продолжали греться в лучах его обаяния, рейхсканцлер Германии Франц фон Папен с трудом мог понять по поводу чего вся эта суматоха. Фон Папен в своём заявлении в Мюнхене в октябре 1932 г. сказал, что Гитлер не был «нормальным» политиком, а НСДАП – не была «нормальной» политической партией. Он назвал НСДАП «политической религией», чьи последователи исповедовали «веру в мистического спасителя» -- Гитлера. Но пока фон Папен отмечал, что миллионы немцев считали Гитлера «мистическим спасителем», сам он имел иммунитет перед харизмой Гитлера. Когда он впервые встретился с Гитлером летом 1932 г., он посчитал его «необыкновено невыразительным». Гитлер не принадлежал к «офицерскому» классу, и казался фон Папену «обыкновенным мелким бюргером» с этими его «усиками и забавной причёской». Аналогично откровенным был и рейхспрезидент Гинденбург, назвавший Гитлера «богемным капралом».

Позже в ноябре 1932 г. выборы показали нацистам, что их доля избирателей упала на 4 % -- с 37 % до 33 %, в то время как коммунисты увеличили число своих избирателей до двух миллионов голосов. Казалось, что поддержка НСДАП достигла предела. Но немецкая элита была более обеспокоенна опасностью коммунизма, а не нацизма. Побороть коммунизм без авторитарного правительства было невозможно, но в это правительство необходимо было пустить нацистов, охотно готовых разобраться с «красной чумой», .

Рейхспрезидент Гинденбург по-прежнему считал Гитлера невыразительным, однако теперь он начал рассматривать его как возможного рейхсканцлера. И причины, из-за которых его мнение стало меняться, были предельно прагматичны. Самой важной было предложение фон Папена стать вице-канцлером. Он предложил служить вице-канцлером при канцлере Гитлере в кабинете министров, где у нацистов был бы минимум постов. Другой причиной был возраст Гинденбурга – ему исполнилось 85 в декабре 1932 (он умер спустя 18 месяцев). «Он чувствовал свой возраст» -- говорил Йозеф Фельдер, избранный от социалистической партии в Рейхстаг в 1932 г. – «И он понимал, что становится физически слабее, гораздо слабее. Он едва мог держать свой маршальский жезл». Сын Гинденбурга, Оскар, также поддержал идею канцлерства Гитлера и фон Папена в качестве вице-канцлера, а он определённо имел влияние на отца. Затем последовал завершающий штрих Гитлера. Больше чем кто-либо другой, он понимал важность момента в политических решениях, и теперь он приказал нацистам усилить влияние – несоразмерно, на первый взгляд, -- на выборах в маленьком округе Липе-Детмольд 15 января 1933. Тактика сработала. Когда результаты были оглашены, доля НСДАП среди избирателей увеличилась примерно на 20 % -- с 33 тыс человек до 39 тыс. Оказалось, нацисты по-прежнему способны к увеличению собственной поддержки.

Во второй половине воскресенья 29 января 1933 Гинденбург согласился с назначением Гитлера рейхсканцлером, фон Папена – вице-канцлером; и оба были приняты на следующий день в канцелярии рейхспрезидента. Йозеф Фельдер вспоминал, что «мы верили, что можем контролировать Гитлера через парламент – полнейшее помешательство».

Для таких сторонников Гитлера, как Рейнхард Спитцы, этот момент означал конец демократии в Германии. И он был этим полностью удовлетворён. «Я никогда не был демократом» -- сказал Спитцы – «Я считаю, что страной следует управлять как большой компанией. Это означает определённый совет специалистов и т. д., но я не верю в роль парламента. Когда у нас был чудовищный экономический кризис, и голод и безработица, в тот момент мы тосковали по новому генеральному директору, какой бывает в большой компании. Такой человек, который приведёт всё в порядок».

Для сторонников Гитлера это было самым убедительным доказательством его власти харизматичного лидера. Когда казалось невозможным, что он сможет стать канцлером, он попросил их верить. И теперь он стал канцлером. В будущем, когда они будут сомневаться в нём, многие обернутся и вспомнят этот момент, когда он с самого начала был прав, а они ошибались. Теперь они верили ему. Когда он попросил их поверить ещё раз, они послушались. Что касается фон Папена, то он весьма скоро обнаружит, что ему принадлежит одна из величайших политических недооценок в истории. (Отстранённый от власти он возглавил посольство в Австрии)

На мой взгляд, история назначения Гитлера на пост рейхсканцлера Германии в январе 1933 позволяет понять важные вещи. Становится ясно, что Гитлер был безотчётным и предельно могущественным политиком – не имеющим ничего общего с разбитым и безумным человеком, изображённым в «Бункере». Но главное, мы можем увидеть, как ситуация господствует над восприятием. Гитлер был отброшен на политическую периферию в 1928 г., и был вознесён миллионами на политический Олимп в 1933 г. Но изменился не Гитлер, изменилась ситуация. Экономическая катастрофа заставила огромное число немцев искать харизматичного «спасителя». И видя нынешнее состояние европейской экономики, едва ли можно надеяться на большее предостережение истории.

Автор: Лоуренс Риз (Laurence Rees) Перевод: Игорь Олейник

Оригинал: BBC History Magazine October 2012. Laurence Rees "Hitler's dark charisma" pp 18-24.

От переводчика: Если ты, дорогой читатель, не доволен содержанием статьи, тебе сюда. А если ты недоволен качеством перевода, то пиши там, где тебе удобней: в комментариях, личных сообщения, по почте.
add
Tags: bbc history, Германия, Гитлер, история, нацизм, перевод
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments